Трагедия под Нишем: ошибка или умысел?

НИШСКАЯ ТРАГЕДИЯ — ОШИБКА ИЛИ УМЫСЕЛ?

   В предлагаемом материале предпринята попытка обобщить и осмыслить собранные из открытых источников воспоминания очевидцев и опубликованные в последнее время архивные документы, проливающие свет на один из малоизвестных и загадочных эпизодов Великой Отечественной войны — трагический инцидент, имевший место в районе югославского города Ниш 7 ноября 1944 года.

 

В день 70-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне 9 мая 2015 г. в сербском городе Нише был торжественно открыт памятник советским воинам, погибшим 7 ноября 1944 г. за свободу и независимость Югославии в борьбе с гитлеровской Германией. Координацией возведения 38-тонного монумента из красного гранита с двумя колоннами, барельефом и колоколом занимался Российско-сербский гуманитарный центр, основная деятельность которого — обеспечение гуманитарного реагирования на чрезвычайные ситуации на территории Сербии и других стран Балканского региона.

Открытие памятника в г. Нише 09.05.2015 г.
Памятник советским воинам, погибшим в районе г. Ниш 7 ноября 1944 г.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

Символично, что проект памятника был разработан российскими архитекторами, а исполнили его сербские скульпторы. Официальный список погибших 7 ноября 1944 г., в котором указаны фамилии 23 человек, был передан сербским властям российским министерством обороны. Имена советских воинов оглашались под удары колокола, а ближе к концу церемонии в память о каждом убитом советском солдате в небо взмыли двадцать три белых голубя.

Следует заметить, что список имен погибших, составленный министерством обороны, представляется далеко не полным. Согласно другим источникам 7 ноября 1944 г. в районе Ниша только убитыми наши войска потеряли более тридцати человек. Например, генерал армии С. М. Штеменко (в то время начальник Оперативного управления Генерального штаба Красной Армии) в своих воспоминаниях говорит о 31 убитом и 37 раненых. Видимо, точное число погибших мы уже никогда не узнаем. Но в любом случае потери были серьезные. Достаточно сказать, что в списке погибших значился командир 6 гвардейского стрелкового корпуса 37 армии 3 Украинского фронта генерал-лейтенант Г. П. Котов.

Командир 6 гв. стрелкового корпуса Г П. Котов.
Командир 6 гв. стрелкового корпуса Г. П. Котов
Для просмотра щелкнуть по картинке.

Григорий Петрович Котов родился в 1902 г. В Красной Армии с января 1919 г. Член ВКП(б) с 1919 г. Участвовал в Гражданской войне. К 1931 г. прошел все ступени служебной лестницы от красноармейца до командира батальона. В 1936 г. окончил Военную академию РККА им. М. В. Фрунзе. Принимал участие в боевых действиях на р. Халхин-Гол, затем в финской кампании. С августа 1941 г. полковник Г. П. Котов — командир 163-й стрелковой дивизии 34-й армии Северо-Западного фронта. Дивизия вела оборонительные бои в районе Старой Руссы, а в январе 1942 г. перешла в наступление и во взаимодействии с 1-м гв. стрелковым корпусом нанесла противнику значительный урон в живой силе и боевой технике. С февраля 1942 г. — начальник штаба 5-й армии Кавказского фронта, а в мае того же года был назначен командующим 47-й армией, которая после ожесточённых оборонительных боёв под Керчью была эвакуирована на Кубань, где вошла в состав Северо-Кавказского фронта. С 18 августа по 8 сентября 1942 г. одновременно командовал Новороссийским оборонительным районом, сформированным на базе армии. С октября того же года — заместитель командующего 44-й армией Северной группы войск Закавказского фронта. С января 1943 г. — заместитель командующего 58-й армией Северо-Кавказского фронта, с апреля — командующий 46-й армией, входившей в состав Резервного фронта, Степного военного округа и Юго-Западного (с октября 1943 г. — 3-й Украинского) фронтов. В декабре 1943 г. генерал-майор Г. П. Котов был назначен командиром 6-го гв. стрелкового корпуса в составе войск 3-го Украинского фронта. Корпус принимал участие в Никопольско-Криворожской, Березнеговато-Снигирёвской, Одесской, Ясско-Кишинёвской наступательных операциях и в освобождении Болгарии. 13 сентября 1944 г. Г. П. Котову присвоено звание генерал-лейтенант. В начале ноября 1944 г. в ходе начавшейся Белградской наступательной операции его корпус вошел в состав 57-й армии.1

Запись о гибели. командира 6 гв. ск Г. П. Котова.
Запись о гибели командира 6 гв. ск Г. П. Котова в списке безвозвратных потерь управления 6 гв. ск.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

 

Из приведенной записи совершенно непонятно, при каких обстоятельствах погиб генерал. Помимо него в списках безвозвратных потерь значатся два офицера управления корпуса, офицер политотдела, восемь бойцов и машинистка штаба. Кое-что проясняется после просмотра списков погибшего рядового и сержантского состава, где в качестве причины выбытия указано: «7 ноября 1944 г. убит при налете вражеской авиации».2 Однако это лишь усиливает недоумение. Ближайшие немецкие части, отступавшие из Греции в Боснию через южную часть Сербии, находились в 100 км к юго-западу от Ниша, который был освобожден от гитлеровцев еще 14 октября. Из-за тяжелого положения на Восточном фронте германская авиация могла действовать лишь в Северной Сербии, а малочисленные ВВС Хорватии находились на западе Югославии. Прикрывать с воздуха отступающие части вермахта было попросту некому, чем сразу же воспользовалась авиация союзников, ежедневно наносившая авиаудары по колоннам немецких войск.

Нетрудно догадаться, что в тот день в районе Ниша случилось что-то из ряда вон выходящее, если только управление корпуса потеряло убитыми 13 человек. Долгое время этот эпизод замалчивался по одной-единственной причине: авиация, которая нанесла удар по маршевым колоннам 6-го гв. стрелкового корпуса, была не вражеской, а союзной. 7 ноября 1944 г. около 13.00 (время московское) автоколонну советских войск, двигавшуюся между городами Ниш и Алексинац, внезапно атаковала группа американских истребителей P-38 «Лайтнинг». По американским самолетам сразу же открыла огонь советская зенитная артиллерия, прикрывавшая расположенный поблизости аэродром, после чего часть «лайтнингов» устремилась на штурмовку аэродрома. На перехват взлетели наши истребители. В небе разгорелся воздушный бой, в котором были серьезные потери с обеих сторон. Вот что было зафиксировано в документах.

Из журнала боевых действий 288 иад:3
   866 ИАП 10 самолетами ЯК совершил 10 с/в, налет 3.15 на прикрытие аэродрома и г. НИШ.
   Расход боеприпасов: ШВАК – 200, БС – 400, НС – 20.
   Проведен один воздушный бой, сбито 3 самолета Лайт[н]инг* и 3 подбито.
   Свои потери: 3 ЯК, 2 ЯК сбиты в воздушном бою, летчики – мл. л-нт ШИПУЛЯ погиб, л-нт ЖЕСТОВСКИЙ в воздушном бою получил ранение, из горящего самолета выбросился на парашюте, отправлен в госпиталь. 1 ЯК – самолет ЯК-9, летчик л-нт КРИВОНОГИХ – был сбит огнем нашей ЗА, самолет сгорел, летчик погиб.
   Все сбитые самолеты упали в районе аэродрома НИШ.
   [...]
   Разное: 611 ИАП – при перебазировании с аэродрома НИШ на аэродром КРУШЕВАЦ автомашиной на участке дороги НИШ – АЛЕКСИНАЦ самолетами Лайт[н]инг во время штурмовки наших войск был убит механик по вооружению сержант ПОТАПЕНКО и тяжело ранен авиамоторист сержант БЕЛОУСОВ.

Факт боестолкновения сразу же засекретили. Это и понятно: подобная информация стала бы бесценной находкой для германской разведки, старавшейся использовать любую возможность вбить клин между союзниками по антигитлеровской коалиции. Да и в без того непростых отношениях союзников теплоты и взаимных симпатий тоже вряд ли прибавилось бы. После войны данный эпизод также не подлежал огласке. Очень скупо о нем упоминали в своих мемуарах лишь Маршал Советского Союза С. С. Бирюзов (в то время начальник штаба 3-го Украинского фронта) и бывший начальник штаба 37-й армии генерал-лейтенант А. К. Блажей. Более подробно о трагедии, разыгравшейся в районе Ниша, рассказали Герой Советского Союза генерал-майор авиации Б. А. Смирнов, который в период описываемых событий командовал 288-й истребительной авиадивизией, и бывший заместитель командира эскадрильи 707-го штурмового авиаполка 186-й штурмовой авиадивизии, Герой Советского Союза полковник Н. А. Шмелёв.

Генерал-майор Б. А. Смирнов.     А. К. Блажей.     Н. А. Шмелёв.
Слева направо: генерал-майор Б. А. Смирнов; генерал-лейтенант А. К. Блажей (1954); полковник Н. А. Шмелёв.
Для просмотра щелкнуть по картинке.
Из воспоминаний Б. А. Смирнова:
   Утром 7 ноября 1944 года, примерно около 13 часов, одна из боевых колонн 37-й армии двигалась по шоссе. Головные машины ее проходили уже траверз полкового командного пункта, когда дежурный офицер доложил начальнику штаба 866-го полка майору А. А. Сигорскому о том, что курсом на аэродром, с запада, на высоте 1500-2000 метров летят две большие группы немецких самолетов.

Хотя советские посты ВНОС точно знали, что крупных сил люфтваффе в этом районе быть не должно, тем не менее поначалу приняли самолеты союзников за вражеские. Такое случалось и раньше. Иногда дело доходило до стрельбы, но, к счастью, подобные инциденты заканчивались бескровно. Так, 27 мая 1944 г. советской зенитной артиллерией был обстрелян истребитель «лайтнинг» во время его перелета из Полтавы в Пирятин. А 15 июня два «лайтнинга», совершавших разведывательный полет, при пересечении линии советско-германского фронта после атаки советских истребителей совершили вынужденную посадку.

Причина такой нелюбви советской ПВО именно к этому типу самолетов проста: американский многоцелевой истребитель Р-38 «Лайтнинг» своим силуэтом сильно смахивал на ненавистную немецкую «раму» – двухмоторный двухфюзеляжный разведывательный самолет «Фокке-Вульф-189».

Американский тяжелый истребитель P-38 «Лайтнинг».     Немецкий разведчик FW-189 «Филин».
Американский тяжелый истребитель P-38 «Лайтнинг» (Lightning – «Молния») и немецкий
разведчик FW-189 «Уху» (Uhu – «Филин»). Для просмотра щелкнуть по картинке.
Из воспоминаний А. К. Блажея:
    ... корпус совершал марш к Дунаю. В воздухе появились американские бомбардировщики. Союзники! Не станут же они бомбить советские войска! Но произошло то, чего никто не ждал. Самолеты развернулись и стали сбрасывать бомбы на двигавшуюся по горной дороге колонну, несмотря на отчетливо видимые опознавательные знаки советских войск.
   Это был предательский удар из-за угла.
   Американские «друзья» поспешили ретироваться только после того, как в воздухе появились наши истребители.

Реакция советского командования не заставила себя ждать. Уже 9 ноября 1944 г. первый заместитель начальника Генерального штаба Красной Армии генерал армии А. И. Антонов вручил главе военной миссии США в СССР генерал-майору Д. Дину письмо следующего содержания4 (еще через два дня копию этого письма, судя по сопроводительной записке, А. И. Антонов представил И. В. Сталину):

 

Генерал армии А. И. Антонов.
Генерал армии А. И. Антонов, 1944 г.
Для просмотра щелкнуть по картинке.
Совершенно секретно.
Экз. № 1
Главе военной миссии в СССР
генерал-майору Джон[у] Р. Дин[у]
Уважаемый генерал Дин!
   Настоящим довожу до Вашего сведения, что в 12 часов 50 минут 7 ноября с. г. между Ниш и Алексинац (Югославия) автоколонна войск Красной Армии была атакована группой американских истребителей в составе 27 самолетов «Лайтнинг».
   Взлетевшая с аэродрома Ниш дежурная группа советских истребителей в количестве девяти самолетов также была атакована этими «Лайтнингами» в момент набора высоты, несмотря на то что были ясно видны опознавательные знаки самолетов ВВС Красной Армии.
   Тем не менее американские самолеты «Лайтнинг» в течение 15 минут продолжали свои атаки советских истребителей, вынужденных обороняться.
   Атаки «Лайтнингов» прекратились лишь после того, как ведущий группы советских истребителей капитан Колдунов, рискуя быть сбитым, подстроился к ведущему группы американских истребителей и показал ему опознавательные знаки своего самолета.
   В результате налета американских самолетов на советскую автоколонну убиты командир корпуса генерал-лейтенант Котов, два офицера и три рядовых. Сожжено 20 автомашин с имуществом.
   Из состава группы советских истребителей сбито три самолета, погибло два летчика и, кроме того, в районе аэродрома огнем американских самолетов убито четыре человека.
   Этот из ряда вон выходящий случай нападения американских самолетов на колонну войск и группу самолетов Красной Армии вызывает у нас крайнее недоумение, так как нападение совершено в тылу, в 50 км от линии фронта, между городами Ниш и Алексинац, о которых еще 14-16 октября было опубликовано в сводке Советского Информбюро, что они заняты советскими войсками.
   Ясно видимые опознавательные знаки советских самолетов также исключали возможность ошибки в определении принадлежности самолетов. Действия американской авиации в районе Ниш не были согласованы с Генеральным штабом Красной Армии, что также не находит себе оправдания.
   Прошу Вас довести изложенный выше весьма прискорбный факт до сведения начальников Объединенных штабов5 и просить их произвести срочное расследование происшедшего случая, строго наказать виновников этого необъяснимого нападения на советские части и впредь без предварительного согласования с Генеральным штабом Красной Армии полеты союзной авиации в зоне действий советских войск не допускать. О принятых мерах и результатах расследования прошу меня уведомить.
Уважающий Вас
АНТОНОВ,
генерал армии,
заместитель начальника Генерального штаба
Красной Армии

 

 

В настоящее время появилась возможность довольно подробно восстановить картину трагедии, разыгравшейся в районе Ниша 7 ноября 1944 г.

В тот злополучный день части 6-го гв. стрелкового корпуса совершали марш из г. Пирот в г. Парачин по Белградскому шоссе (согласно приказу командующего войсками 3-го Украинского фронта маршала Ф. И. Толбухина корпусу предстояла передислокация на южное крыло фронта). Маршрут движения колонн пролегал через Ниш, Алексинац, Крагуевац. Ничто не предвещало беды, поскольку местность была давно и тщательно очищена от гитлеровцев югославскими партизанами и частями Красной Армии. Гитлеровские войска из Греции уходили в Боснию через южные регионы Сербии (Косово и Санджак) — все другие пути отхода были отрезаны. Отступающие колонны вермахта, полностью лишенные прикрытия с воздуха, были легкой и желанной добычей для летчиков 82-й истребительной группы 15-й воздушной армии ВВС США в составе 95-й, 96-й и 97-й эскадрилий. Эта группа, которой командовал полковник Кларенс Теодор Эдвинсон, базировалась в итальянской провинции Фоджа на аэродроме Винченцо.

Командир 82 истребительной авиагруппы полковник К. Т. Эдвинсон.
Командир 82-й истребительной авиагруппы полковник К. Т. Эдвинсон.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

7 ноября 1944 г. американцы собирались нанести очередной удар по одной из отступающих вражеских колонн в районе Сьеница – Нови Пазар – Рашка – Митровица. Несмотря на заурядность предстоящего задания, полковник Эдвинсон привлек к его выполнению все имеющиеся у него наличные силы. 25 самолетов 95-й эскадрильи были выделены для штурмовки вражеской колонны. Безопасность ударной группы обеспечивали 96-я и 97-я эскадрильи (17 и 18 машин соответственно). Совершенно непонятно, против кого полковник Эдвинсон выставил столь мощное воздушное прикрытие, ведь ему было прекрасно известно об отсутствии немецкой авиации на этом участке. Более того, армаду из 60 тяжелых двухмоторных истребителей Р-38 «Лайтнинг» Эдвинсон возглавил лично!

В 9.00 по местному времени американские истребители поднялись в воздух. Вскоре после взлета две машины вернулись на аэродром из-за поломок. Самолеты шли на высоте 3600 м: впереди ударная группа, за ней чуть левее и правее — обе группы прикрытия.

В 10.15 при подходе к Сьенице с  юга по приказу Эдвинсона 16 «лайтнингов» 97-й эскадрильи направились на проверку дороги Крушевац – Джиджевац,6 где они задержались до 10.40. Остальные 42 самолета продолжали лететь со снижением к основной цели.

В 10.24 американцы атаковали железнодорожную станцию, при этом полковник Эдвинсон лично поразил локомотив. Затем группа взяла курс в сторону села Чамурлия, расположенного в 6 км северо-западнее Ниша.

Американские «молнии» в югославском небе.
Американские «молнии» в югославском небе.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

А вот дальше все пошло не по плану. Или как раз наоборот — именно по плану? Споры об этом не утихают по сей день. Вот как объяснял произошедшее генерал Д. Р. Дин, отвечая на письмо генерала А. И. Антонова:7

 

 

Сов[ершенно] секретно.
Экз. № ...
Американское посольство
Военная миссия
Соединенных Штатов Америки
Москва
Союз Советских Социалистических Республик
20 ноября 1944 года
Генералу армии А. И. Антонову,
заместителю начальника
Генерального штаба Красной Армии
НКО, Москва, СССР.


Многоуважаемый генерал Антонов!
   Начальники штаба Соединенных Штатов8 поручили мне вручить Вам следующий отчет о печальном инциденте, о котором Вы сообщили мне в своем письме от 9 ноября 1944 года.
   «Было предпринято и закончено подробное расследование относительно атаки американскими самолетами советской колонны 7 ноября 1944 года. Это расследование показывает, что штурмовой обстрел района между Ниш и Алексинац проводился одной эскадрильей, группой самолетов «Лайтнинг», которая имела задание атаковать колонны противника и железнодорожное движение в районе Съеница — Новипазар — Рашка — Митровица. Когда группа разделилась к югу от Съеница, эта эскадрилья полетела к назначенной ей цели бреющим полетом. Когда эскадрилья прибыла в пункт, который командир принял за Новипазар, он увидел большое движение войск и немедленно открыл огонь. Когда эскадрилья выполнила штурмовой рейд, она была законно атакована советскими истребителями, оборонявшими свои наземные войска, и в первой же схватке был сбит один американский самолет. Командир американской эскадрильи заметил после этого советские опознавательные знаки, но раньше, чем он мог вывести из воздушного боя свою группу, были сбиты другой американский самолет и два или три советских истребителя. Командир звена советских истребителей храбро приблизился к строю самолетов американского командира, и тогда взаимное опознание было подтверждено.
   Командир группы, который лично вел эскадрилью, совершившую штурмовой рейд, является опытным военным летчиком, налетавшим более 4000 часов. Американская группа тщательно готовилась и инструктировалась относительно своей задачи перед вылетом со своих основных баз. Однако командир допустил навигационную ошибку, и это вместе с удивительным сходством между очертаниями на карте означенног объекта и в действительности атакованным заставило командира эскадрильи поверить, что он атакует линии коммуникаций в указанном ему районе. Все другие американские летчики этой группы самолетов были также уверены в том, что они атаковали нужный объект, пока не была проявлена кинопленка автоматического киноаппарата, которая точно показала, что ошибочно была атакована другая дорога. Обе дороги находятся друг от друга приблизительно на расстоянии 88 километров или около 10 минут полета.
   В результате внимательного расследования мы заключили, что этот печальный инцидент произошел от того типа ошибок, который случается на всех театрах войны и который даже при величайшей осторожности и предусмотрительности мы бываем не в состоянии устранить полностью.
   Из нашей практики видно, что лучший способ предупреждения подобных случаев — создание и поддержание тесной взаимосвязи между воздушными и наземными войсками, действующими вблизи друг от друга. В быстрых наступательных операциях, таких, как наш сквозной удар во Франции, это было основной истиной.
   В период между 18 августа и 22 ноября 15-й авиакорпус совершил 37 бомбардировок и штурмовых рейдов в окрестностях советских линий фронта в Югославии и Венгрии, большинство из которых были направлены против путей отхода отступавших нацистских колонн. В результате этих налетов был уничтожен 621 самолет противника и повреждено 306. Кроме того, уничтожено большое количество железнодорожных составов, автомашин и немецких солдат. Инцидент 7 ноября является единственной известной ошибкой, которая случилась.
   Командир группы самолетов, который вел эскадрилью, был смещен со своей должности. На этом театре военных действий введено дополнительное ограничение, которое теперь, как правило, запрещает проведение тактических воздушных операций ближе чем в 80 милях (128 км) от известных советских позиций. Исключения из этих ограничений будут допущены только по соглашению с советскими органами и после специальной подготовки.
   Начальники штаба Соединенных Штатов хотят еще раз выразить их глубочайшее сожаление, что произошел подобный инцидент. Они считают, что усилия по совершенствованию метода тесной взаимосвязи между оперативными штабами должны быть продолжены с целью устранения возможности ошибок и в то же время сохранения существенного сотрудничества, направленного на разгром общего врага, что может быть достигнуто через полное взаимодействие наших наземных и воздушных сил на фронте».
С искренним почтением
Джон Р. ДИН,
генерал-майор американской армии,
глава Военной миссии
Соединенных Штатов Америки

"В е р н о": подполковник (Дьяконов)
22 ноября 1944 года.

 

К содержанию этого письма вернемся позднее, пока же отметим для памяти: по словам Дина американцы спутали Ниш с Нови Пазаром. Объяснение вполне правдоподобное, если не брать во внимание одну мелочь: полковник Эдвинсон был опытнейшим летчиком, имевшим свыше 4000 часов налета — и вдруг такая оплошность! Видимо, чувствуя неубедительность официального объяснения, Д. Р. Дин в своих воспоминаниях, написанных в 1946 г. (у нас они были опубликованы лишь в 2005 г.), приводит новые аргументы в оправдание американских летчиков.

Генерал-майор Д. Р. Дин.
Генерал-майор Д. Р. Дин, 1945 г.
Для просмотра щелкнуть по картинке.
Из воспоминаний американского генерала Д. Р. Дина
   Задолго до того как командир эскадрильи достиг цели, он попал в сильный огонь ПВО, который принудил его изменить курс. Самолеты шли со скоростью 250 миль в час и находились на высоте макушек деревьев, чтобы лучше использовать фактор внезапности. При этих обстоятельствах нет ничего удивительного, что командир эскадрильи прошел мимо предназначенного для атаки района и решил, что находится над целью. Там была деревня, река, перекресток и идущая на юг дорога, полная войск – но войска были русские.

Обращает на себя внимание тот факт, что генерал Дин в мемуарах, как и в официальном послании генералу А. И. Антонову, по-прежнему не раскрывает личность командира американской авиагруппы (имя Эдвинсона всплыло позднее). Ссылка же на неведомую мощную ПВО, заставившую Эдвинсона изменить курс, вызывает серьезные сомнения, как и байка про несколько десятков «лайтнингов», идущих в горной местности на бреющем полете, чтобы «лучше использовать фактор внезапности». «Лайтнинги» вообще не производили штурмовку с бреющего полета. Наиболее оптимальным вариантом для этого типа самолетов была как раз атака с пикирования, именно при таком способе действий достигался максимальный результат.

Опять же, если по утверждению американской стороны оба объекта имели просто «удивительное сходство», каким образм американские летчики умудрились обнаружить это сходство, летя «на высоте макушек деревьев» со скоростью 250 миль в час? Да никак. Они летели к цели спокойно и уверенно, без помех, и при подходе к заданному району заранее начали снижение. При этом 96-я эскадрилья оставалась на высоте 1500 м, обеспечивая прикрытие, а ударная 95-я эскадрилья атаковала советскую автоколонну (согласно донесению штаба 866-го истребительного авиаполка) с высоты 400 м. Именно тогда американцы и напоролись на огонь советской зенитной артиллерии.

Из боевого донесения штаба 866 иап:9
   7.11.44 г. 12.5010 группа 12 самолетов типа Лайт[н]инг производили штурмовку частей стрелкового корпуса 3-го Украинского фронта, двигавшихся по дороге от Ниш на запад в районе Чамурлия. 4 самолета в строю растянутого пеленга производили атаки по одному с Н – 400 м с выводом на Н – 50 м. Две четверки Лайт[н]инг в строю пеленга ходили на Н – 1500 м. После первых атак по самолетам открыла огонь ЗА из состава ПВО аэродрома Ниш, огнем ЗА был сбит 1 самолет Лайт[н]инг, который упал 1 км севернее аэродрома.
Боевая нагрузка «лайтнинга».
Боевая загрузка «лайтнинга»: под центропланом подвешены четыре 500-фунтовые бомбы,
на грунте лежат два 165-галлонных топливных бака. Для просмотра щелкнуть по картинке.

Американский исследователь Б. Тилман, специализирующийся на изучении истории авиации и флота, также отмечает в своей книге «Память пятнадцатой...» факт сбития «лайтнинга» советскими зенитчиками.

Из книги американского историка Б. Тилмана:
   В районе цели одна эскадрилья из 82 авиагруппы атаковала автоколонну, уничтожив несколько автомобилей, Р-38 был сбит огнем зенитной артиллерии, пилот был тяжело ранен, но спасен партизанами.

Спасенный летчик — капитан Ч. Кинг из 96-й эскадрильи, сумевший на изувеченном «лайтнинге» совершить аварийную посадку на поле в километре от советского аэродрома. Из горящего самолета американца вытащил сербский крестьянин. Кинг получил сильные ожоги, но остался жив.11 А вот как описывал события американский лейтенант Л. К. Карр из третьего звена 95-й эскадрильи (вскоре после возвращения на базу всех летчиков обязали написать рапорты с объяснениями случившегося).12

Из воспоминаний американского летчика Л. К. Карра:
   Все ориентиры на месте: холм, дорога... Какой-то город или деревня — все верно!

Действительно, все верно, за исключением одного: это был не «какой-то город или деревня», а Ниш — второй по величине город Сербии, и американцам было прекрасно известно, где он расположен и как выглядит с высоты. Начиная с 20 октября 1943 г. американская авиация бомбила его шестнадцать раз! 15 апреля 1944 г. во время самой сильной бомбардировки в городе погибло 700 мирных жителей. При этом американские летчики почему-то не допустили ни единой «навигационной ошибки», ни разу не спутав Ниш с Нови Пазаром.

Но 7 ноября 1944 г. все было иначе.

 

 

В 10.50 (время местное) американцы обнаружили движение большой автоколонны в районе Ниша. Полковник Эдвинсон сразу же, даже не попытавшись идентифицировать цель, приказал атаковать. Изначально удар наносили двумя звеньями. При этом Эдвинсон первым открыл огонь, уничтожив два штабных автомобиля, две автоцистерны и шесть грузовиков. Вероятнее всего, именно от его огня погиб генерал Г. П. Котов, ехавший в голове колонны. Затем в атаку устремилось третье звено ударной группы «лайтнингов».

Из воспоминаний американского летчика Л. К. Карра:
   ... Заметили следующую на большой скорости колонну. Опознавательных знаков не видно, но уверены – немцы!
   ... Какой мы пожар устроили! За последние 50 боевых вылетов ни разу не нанесли противнику такого ущерба.
   ... Поразил пять грузовиков и санитарную машину! Поздно увидел красный крест.

Надо же! Не видели, что за город под ними. Не видели, по чьей автоколонне наносят удар. Не видели приветственно машущих людей, которые почему-то смогли разглядеть истребители союзников. Не видели красный крест на санитарной машине. Ну, конечно, его же чертовски трудно заметить – красный крест в белом круге! Через несколько минут не увидят красные звезды на советских самолетах. Может, всему виной плохие метеоусловия? Нет, погода в тот день была вполне сносная, о чем свидетельствует запись в журнале боевых действий 288-й истребительной авиадивизии за 7 ноября 1944 г.

Из журнала боевых действий 288 иад:
   Погода: в первой половине дня – облачность 10-8 баллов, Н-800 м, горы закрыты, дымка, видимость 4-6 км. Во вторую половину дня – облачность 6-8 баллов, Н=2000 м, видимость 6 км.

Просто удивительно, как американские летчики воевали с таким никудышним зрением. Но при этом (по признанию простодушного американского пилота) нанесли советским войскам ущерб, какого не наносили врагу в пятидесяти предыдущих вылетах!

Из воспоминаний Б. А. Смирнова:
   Я в это время находился на командном пункте в расположении 2-й болгарской армии и вот слышу, командарму докладывают, что американские бомбардировщики атакуют колонну наших войск в районе города Ниш. Судец13 распорядился: «Принять все меры к предотвращению столкновения в воздухе». Но как? Со стоянки дежурной авиаэскадрильи уже взлетела восьмерка истребителей, возглавляемая Героем Советского Союза капитаном А. И. Колдуновым. Ему и всем летчикам группы передаю указание командующего, прошу сделать все возможное, чтобы привлечь внимание американцев, дать как-то понять, что мы – союзники. Сделать это трудно: нам неизвестна радиоволна их обмена.

В действительности все обстояло несколько иначе. Советские истребители быстро среагировали на нападение. Уже в 13.00 (время московское) с аэродрома Ниш взлетела дежурная пара ЯК-9 в составе ведущего лейтенанта Д. П. Кривоногих14 и его ведомого мл. лейтенанта В. М. Шипули.15 ЯКи, резко взмыв вверх, устремились на помощь автоколонне, которую безнаказанно расстреливали американцы. Быстро сориентировавшись, мл. лейтенант Шипуля послал щедрую очередь в ближайший «лайтнинг», на котором красовалась игривая надпись «Му Fantasy» («Моя фантазия»). В одно мгновение фантазии американского летчика Ф. Бревера разрушила суровая русская реальность: его охваченный пламенем самолет врезался в землю, сам он погиб. Этот эпизод нашел отражение в боевом донесении штаба 866-го истребительного авиаполка.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   Первая пара, взлетев, пошла с правым разворотом на сближение с штурмующими 4-мя самолетами Лайт[н]инг. 2 самолета Лайт[н]инг перешли в атаку на пару Кривоногих. Мл. л-т Шипуля произвел атаку по самолету Лайт[н]инг, заходившему на повторную атаку наземных войск, с первой же атаки зажег его, последний с углом в 40 градусов врезался в землю в районе 500 м севернее аэродрома Ниш, где и сгорел. Л-т Кривоногих, отбиваясь от атаки 2-х самолетов Лайт[н]инг, с вертикального маневра зажег одного из них, который горящий упал 8-10 км севернее аэродрома Ниш, на горе в лесном массиве.16

Кривоногих, выбив из боя Армстронга, сразу же атаковал следующего противника. Но в горячке боя советский летчик не заметил, что по американцу уже ведут огонь наши зенитчики. ЯК накрыло разрывами, он задымился и, перевернувшись на спину, почти отвесно рухнул вниз в 3 км северо-восточнее аэродрома.

Численное превосходство американцев было слишком большим, и вскоре погиб мл. лейтенант В. М. Шипуля — лейтенант К. Кечке из 96-й эскадрильи, прикрывавшей ударную группу сверху, увидел, как быстро Шипуля расправился с его коллегой. Пользуясь преимуществом в высоте, Кечке спикировал и, открыв огонь по самолету Шипули, сбил его.

Из книги американского историка Б. Тилмана:
   ... прежде чем он врезался в землю, Кечке разглядел его опознавательный знак – красную звезду.
Серийный ЯК-9Т в полете.
Серийный ЯК-9Т в полете.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

 

По утверждению американцев, некоторые летчики также опознали советские самолеты и даже кричали об этом по радио. Согласно американской версии, Эдвинсон сразу же хотел прекратить бой, но не смог этого сделать, не сумев быстро собрать группу. Между тем ситуация все более обострялась.

Из воспоминаний Б. А. Смирнова:
   А тем временем две группы – по 25-30 самолетов каждая – уже подходили к западной окраине аэродрома. Верхняя, встав в круг, готовилась прикрыть действия нижней группы. Нижняя же разделилась еще на две равные части. Одна из них начала штурмовать колонну наших войск на дороге, обстреливая ее пулеметно-пушечным огнем с малых высот, а другая атаковала взлетающие истребители. В результате было сбито четыре американских истребителя типа «лайт[н]инг» (один уничтожили зенитчики). Наши потери – два экипажа. Погибли в бою лейтенанты Кривоногих и Шипулин.17 Самолет лейтенанта Жестовского оказался подбит, и летчик выпрыгнул с парашютом.

В 13.05 на перехват поднялась еще шестерка ЯК-9. Американцы засекли взлет наших истребителей и следующий удар решили нанести по аэродрому. «Лайтнинги» попытались атаковать ЯКи на взлете, но опоздали. Советские истребители, едва оторвавшись от земли и набрав скорость, резко ушли в набор высоты. К этому времени основная часть «лайтнингов» находилась над Нишем и, приняв боевой порядок «круг», открыла огонь по ЯКам. Угроза того, что бой перерастет в настоящее побоище, становилась все более реальной.

Из воспоминаний Н. А. Шмелёва:
   – «Рамы»! – прервал его чей-то возглас. – Фашисты пикируют на наш аэродром.
   Все, как по команде, повернули головы на юг. Оттуда, из-за гор, выскочила большая группа двухкилевых самолетов. Некоторые из них уже свалились в пике, и послышались глухие взрывы. Один за другим на аэродром пикировали и остальные. ...
   – Ничего не понимаю, – развел руками Сувид, когда мы вместе добежали до щели, отрытой возле забора. – Сорок самолетов! Откуда они могли взяться? ...
   ... все мы были удивлены и озадачены. Ведь каждый знал, что на нашем участке у фашистов не было и нет такого количества авиации. Целая армада! ... До аэродрома было около двух километров. Мы видели, как «рамы» одна за другой продолжали пикировать, штурмуя стоянки наших самолетов.
   ...«Рамы» быстро приближались к нам.
   – Так это же не немцы, а американцы! Союзники! – закричали наши летчики, когда на двухкилевых самолетах стали отчетливо видны опознавательные знаки военно-воздушных сил США. Да, это действительно были американские «лайтнинги».

К сожалению, в книгах Б. А. Смирнова и Н. А. Шмелёва присутствует целый ряд существенных неточностей в изложении событий 7 ноября 1944 г. К примеру, Н. А. Шмелёв подробно рассказывает, как некий генерал Степанов, смертельно раненный в результате удара американских самолетов по штабной колонне, умирает на руках своего сына-летчика Виктора Степанова, который в паре с прославленным советским асом Александром Колдуновым только что сражался в небе с «лайтнингами». Однако это не так.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   В 13.00 взлетела по-зрячему дежурная пара Як-9 866 ИАП, ведущий л-т Кривоногих и ведомый мл. л-т Шипуля. В 13.05 взлетело 6 Як-9, командир АЭ к-н Бондарь, командиры звеньев ст. л-т Сурнев, 18 ст. л-т Железнов,19 ст. л-т Поциба, летчики л-т Жестовский и мл. л-т Сердюк. В 13.10 взлетела пара Як-3, ведущий к-н Колдунов и ведомый л-т Красюков.

Как видим, в донесении штаба 866 иап фамилия летчика Степанова отсутствует.20 В то же время зафиксировано, что капитан А. И. Колдунов поднялся в воздух на перехват американцев в паре со своим ведомым лейтенантом Г. В. Красюковым (причем согласно этому же донесению ведомый А. И. Колдунова в бою не участвовал). Кстати, Б. А. Смирнов в книге своих воспоминаний утверждает, что постоянным ведомым А. И. Колдунова с 1944 г. был ст. лейтенант С. Г. Шамонов.21

Капитан А. И. Колдунов с боевыми друзьями.
Слева направо: лейтенант А. А. Рабинов, мл. лейтенант П. П. Ващенко, капитан А. И. Колдунов, ст. лейтенанты М. И. Шишов и С. Г. Шамонов, лейтенант А. Е. Богданов. Август 1944 г. Для просмотра щелкнуть по картинке.

 

Что же касается убитого в тот день генерала Степанова, в списке безвозвратных потерь генеральского состава Красной Армии22 числятся лишь два генерала с такой фамилией:

 

1. Генерал-майор Степанов Александр Михайлович, командир 27 сд Западного фронта, погиб в бою под Ярцево 11.08.41 г.

2. Генерал-майор артиллерии Степанов Константин Степанович, начальник Пензенского артиллерийского училища, умер от болезни 16.06.44 г.

 

Сложно судить, что побудило уважаемого героя-фронтовика заменять факты художественным вымыслом. Возможно, автор хотел усилить эмоциональное воздействие на читателя, придав своим мемуарам некоторые черты художественного произведения. Или же просто вспомнил и пересказал историю, которую услышал тогда же (707-й штурмовой авиаполк из состава 186-й штурмовой авиадивизии, в котором воевал Николай Александрович Шмелёв, располагался рядом с 866-м истребительным полком). Наверняка летчики «по-соседски» обсуждали между собой этот незаурядный случай, который постепенно обрастал множеством вымышленных подробностей, превращаясь в очередную фронтовую легенду. Вообще сомнительно, чтобы лейтенант-летчик мог знать фамилию командира стрелкового корпуса, чьи маршевые колонны случайно проходили поблизости. Так или иначе, но образ реального генерала Котова растворился в мифическом образе генерала Степанова. Хотя, если разобраться, Н. А. Шмелёв ненамного отступил от истины: генерал-лейтенант Г. П. Котов действительно умер на руках своего сына: младший лейтенант Энгельс Котов был не только старшим сыном генерала, но и его адъютантом.23 Кстати, сохранился подписанный генералом Котовым наградной лист, где он представляет своего сына-адъютанта к награде за апрельские бои.

 

 

Но вернемся к воздушному бою. После взлета шестерки ЯКов ситуация в небе еще более усложнилась.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   Летчик мл. л-т Сердюк, взлетев один, сразу же был атакован самолетом Лайт[н]инг. Выйдя из-под атаки, он увидел, что один самолет Лайт[н]инг атакует самолет Як-9, в свою очередь атаковал этот самолет, который сразу же загорелся и упал 1 км северо-западнее аэродрома.

Уничтожив «лайтнинг» (вместе с ним погиб и летчик лейтенант С. Коулсон), мл. лейтенант М. Л. Сердюк,24 не давая противнику опомниться, атаковал следующий вражеский самолет. Получив две очереди из пушки и пулемета, американец, теряя высоту и оставляя за собой дымный шлейф, тяжело потянул на северо-запад.

 

А в это же время в 2 км севернее Ниша вел неравный бой лейтенант А. М. Жестовский.25 Его зажали два «лайтнинга» 95-й эскадрильи (лейтенанты Т. Артон и Д. Блумер). Сманеврировав, Жестовский атаковал сверху самолет Артона и пушечно-пулеметным огнем подбил его. Но в хвост ЯКу уже заходил «лайтнинг» Блумера.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   Второй самолет Лайт[н]инг сзади атаковал л-та Жестовского и поджег его самолет. Л-т Жестовский получил пулевое ранение в правую ногу, правый бок и палец правой руки, выбросился с парашютом и приземлился в районе д. Каменица, что 8 км севернее Ниш, самолет сгорел.

Вслед за шестеркой ЯКов в 13.10, как явствует из донесения штаба 866 иап, взлетела пара в составе Героя Советского Союза капитана А. И. Колдунова и его ведомого лейтенанта Г. В. Красюкова. Это опровергает утверждение Б. А. Смирнова о  том, что капитан Колдунов возглавлял восьмерку ЯКов. В действительности группу поднял в воздух другой Герой Советского Союза — командир эскадрильи капитан А. А. Бондарь,26 взлетевший первым (ко всему прочему он был старшим по должности). И в боевом донесении штаба 288 иад от 8.11.1944 г. прямо указано, что ведущим шестерки ЯКов был именно Бондарь.

Капитан А. А. Бондарь.
Капитан А. А. Бондарь.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

К моменту взлета пары Колдунов – Красюков было точно установлено, что в небе им противостоят американские самолеты. В это время помимо самолетов 866 иап в воздухе также находились и истребители 897 иап — четверка ЯК-9Т во главе с лейтенантом Лукашевичем. Однако, вовремя опознав американцев, в бой они не вступали.

Из оперсводки штаба 897 иап № 463 от 7.11.1944 г.:
   12.50-13.20 4 Як-9Т ведущий л-т ЛУКАШЕВИЧ вылетали по тревоге на прикрытие аэродрома. Группа американских самолётов типа Лайт[н]инг штурмовали наши наземные войска по дороге от НИШ на БЕЛГРАД. Наши самолёты подошли к группе американских самолётов, опознали их, подали сигнал «Я свой самолёт». Воздушного боя не вели

С этой четверкой не все ясно. В уже упомянутом донесении штаба 288 иад сказано, что ведущим этой группы 897 иап, взлетевшей в 13.05, был мл. лейтенант Зеленков.

 

Согласно официальной версии дальнейшее кровопролитие предотвратил Герой Советского Союза, командир звена 866 иап 21-летний капитан А. И. Колдунов, который, рискуя быть сбитым, прорвал оборонительный круг «лайтнингов», подошел вплотную к самолету полковника Эдвинсона и продемонстрировал свои опознавательные знаки. После этого Эдвинсон сразу же увел американскую группу на базу.

Листовка, посвященная А. И. Колдунову.     Генерал полковник авиации А. И. Колдунов.
Обложка издания политуправления 3-го Украинского фронта из серии «Герои Великой Отечественной войны» (слева).
Главный маршал авиации А. И. Колдунов. Для просмотра щелкнуть по картинке.

Но так ли все было на самом деле? Прежде, чем попытаться ответить на этот вопрос, следует сказать несколько слов об одном из лучших советских летчиков-истребителей Александре Ивановиче Колдунове.

 

Будущий дважды Герой Советского Союза родился в 1923 г. Окончил 10 классов средней школы и аэроклуб. Работал учеником токаря на заводе. С 1941 г. в Красной Армии. В 1943 г. окончил Качинскую военную авиационную школу лётчиков.

Уже к маю 1944 г. командир звена 866-го истребительного авиационного полка 288-й истребительной авиационной дивизии 17-й воздушной армии 3-го Украинского фронта капитан А. И. Колдунов совершил 223 боевых вылета, провёл 45 воздушных боёв, уничтожил лично 15 вражеских самолетов (и один в группе). 2 августа 1944 г. за мужество и воинскую доблесть удостоен звания Героя Советского Союза.

К концу войны совершил 412 боевых вылетов, в 96 воздушных боях сбил лично 46 самолётов противника. При этом он стал самым результативным летчиком-истребителем, воевавшим на ЯКах.

23 февраля 1948 г. был награждён второй медалью «Золотая Звезда».

Окончив в 1952 г. Военно-Воздушную академию, командовал авиационным полком, дивизией. По окончании в 1960 г. Военной академии Генерального штаба, служил заместителем, а позднее — командующим ВВС Бакинского Военного округа. Генерал-лейтенант авиации А. И. Колдунов летал до 1965 г. Последним освоенным им типом самолёта стал МиГ-21. С 1970 г. командовал ВВС МВО.

В 1975 г. генерал-полковник авиации А. И. Колдунов был назначен первым заместителем, а в 1978 г. — Главкомом войск ПВО, заместителем Министра обороны СССР. В 1984 г. ему было присвоено звание Главного маршала авиации.

Однако конец его военной карьеры сложился неудачно: в 1987 г., после скандальной посадки на Красной площади «Сессны» под управлением гражданина ФРГ М. Руста, А. И. Колдунов был снят со своего поста. 

Скончался Александр Иванович в 1992 г. и был похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

Как ни печально, А. И. Колдунов своих письменных воспоминаний не оставил, о чем теперь остается лишь горько сожалеть. Тем не менее можно попробовать воссоздать подробности заключительной фазы воздушного боя над Нишем. Вот, например, что рассказывал в своей книге воспоминаний командир 288-й истребительной авиадивизии генерал-майор Б. А. Смирнов.

Из воспоминаний Б. А. Смирнова:
   С каждой минутой обстановка накалялась до предела. Капитан Колдунов решил еще раз рискнуть и устремился к ведущему американской группы. Можно было подумать, что этот маневр закончится атакой. Но Колдунов не стрелял, а «лайтнинги» открыли по нему огонь. Он упорно приближался к намеченной цели. Вот его самолет смешался с машинами союзников, еще секунда – и капитан Колдунов, оттеснив ведомого от командира американской группы, притерся к нему вплотную. «лайтнинги» уже не могли вести по нему огонь, боясь одновременно поразить своего командира.
   Все это произошло в считанные секунды. «лайтнинги» прекратили огонь.
   [...]
   С тех пор прошло много лет. Оценим по достоинству подвиг Колдунова. Представим себе такую ситуацию: нашим летчикам не удалось разъяснить [американцам] сложившуюся у города Ниш обстановку, и они продолжали бы штурмовать корпус генерала Котова. Пришлось бы поднять в воздух полк, а то два-три, и тогда доброй половины «лайтнингов» на базе близ города Бари наши союзники не досчитались бы...
   [...]
   Колдунова, проявившего смелую находчивость в сложной обстановке, командование наградило орденом Красного Знамени. А кто из наших пилотов сбил те «лайтнинги», мне так и не удалось установить. Летчики как воды в рот набрали...

 

К сожалению, в приведенном отрывке (как и в случае с мемуарами Н. А. Шмелёва) слишком много неточностей. Для устранения противоречий попробуем спорные места в мемуарах Б. А. Смирнова сопоставить с информацией из других источников.

Прежде всего, генерал Смирнов явно лукавил, когда говорил, что не знал, кто из наших пилотов сбил те «лайтнинги». Понятно, после инцидента участникам боя было строго-настрого приказано не болтать лишнего. Но в донесении штаба 288 иад в разделе «Обстоятельства боя» подробно расписано, кто из наших летчиков сбивал американские самолеты. И, что удивительно, под донесением стоит подпись самого (в то время полковника) Б. А. Смирнова!

Кроме того, за этот бой ни один летчик 866 иап награжден не был. Даже геройски погибшие Д. П. Кривоногих и В. М. Шипуля ничем не были отмечены хотя бы посмертно.27 Что касается награждения А. И. Колдунова орденом Красного Знамени, то и это не соответствует действительности. У А. И. Колдунова на тот момент было три ордена Красного Знамени: один он получил в сентябре 1943 г., еще два — в январе и апреле 1944 г. Первую награду после боя с американцами — орден Отечественной войны I ст. — ему вручили в марте 1945 г., но это была награда за Будапешт. Вероятно, Борис Александрович просто запамятовал за давностью лет, но он собственноручно подписал это представление. Впрочем, могло быть и так, что наградной материал за бой с американскими истребителями действительно был составлен и своевременно отправлен в штаб армии, но его отклонили.

И, наконец, главное. При сравнении описания подвига Колдунова, которое дается разными источниками по-разному, возникает крамольная мысль, что, вопреки устоявшейся легенде, в бою над Нишем капитан Колдунов себя вообще никак не проявил — просто-напросто не успел. В полковом донесении отмечен лишь его взлет в 13.10 в последней в паре с лейтенантом Красюковым. К тому моменту, когда они поднялись в воздух, противники уже сумели разобраться, кто есть кто. При всем уважении к светлой памяти легендарного советского аса и его действительным подвигам думается, что в данном случае его просто-напросто «назначили» на роль героя.

Вспомним, что в письме генерала армии А. И. Антонова капитан Колдунов был выведен этаким ангелом-спасителем, по мановению крыла которого было прекращено кровопролитие между союзниками. Неизвестно, с какой целью это делалось и кто был инициатором подобного мифотворчества. Попытаемся внести ясность в этот щекотливый вопрос, проследив на основе боевых документов, как искажалась информация, идущая от первоисточника на самый верх. Для этого воспользуемся доступными нам донесениями штабов 866 иап и 288 иад, а также оперативной сводкой № 311 штаба 17 ВА на 23.00 7.11.1944 г.

Этот отрывок по всей вероятности и лег в основу отредактированного штабом (и политотделом?) 17 воздушной армии «правильного» донесения, ушедшего наверх и позднее нашедшего отображение в письме генерала А. И. Антонова.

Из оперсводки № 311 штаба 17 ВА на 23.00 7.11.1944:28
   Проведен 1 воздушный групповой бой 8 ЯК-9 с 18 ЛАЙТНИНГАМИ. Бой ЯК-9 вели в условиях самозащиты, пытаясь указать американским самолетам на их ошибку. Благодаря решительным действиям Героя Советского Союза капитана КОЛДУНОВА, подошедшего вплотную к ведущему группы ЛАЙТНИНГОВ, показавшему рукой на свои опознавательные знаки, штурмовка ЛАЙТНИНГАМИ наших войск была прекращена, и воздушный бой закончен.

Вообще-то в воздушном бою участвовало не восемь, а десять истребителей 866-го полка. В полковом донесении пофамильно названы все десять летчиков. В дивизионном журнале боевых действий в записи за 7 ноября также отмечено: десятью самолетами ЯК произведено десять самолето-вылетов. Получается, что в штабе армии к концу дня лишь приблизительно представляли количество участвовавших в бою ЯКов, но при этом почему-то были уверены, что исход боя решил капитан Колдунов. Это косвенное подтверждение того, что образ героя-одиночки родился именно в штабе 17-й воздушной армии. Тем более, что в боевых донесениях 866 иап и 288 иад фигурирует далеко не один Колдунов.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   Взлетевшие командир АЭ к-н Бондарь и командиры звеньев ст. л-т Сурнев и ст. л-т Железнов, определив, что это самолеты американские типа Лайт[н]инг, в воздушный бой с ними старались не вступать. Атакуемые одиночными и парами самолетов Лайт[н]инг, маневрировали по вертикали и горизонтали, стремясь не давать им вести огонь. Ст. л-т Сурнев покачиванием [крыльев] самолета дал знать, что это не противник, после чего самолеты Лайт[н]инг отвалили и атаки прекратили.
Капитан Н. Г. Сурнев.
Капитан Н. Г. Сурнев, 1945 г.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

Это подтверждается и донесением штаба дивизии за подписью Б. А. Смирнова.

Из боевого донесения штаба 288 иад:29
   После взлета группа капитана БОНДАРЬ по радио сообщила, что самолеты имеют американские опознавательные знаки типа Лайт[н]инг.30 Покачиванием самолеты стали давать сигналы «Я свой самолет» и в воздушный бой с ними не вступили.
   Мной по радио нашим самолетам был дан приказ прекратить воздушный бой, вести оборону.
   Несмотря на то, что наши самолеты давали сигналы «Я свой самолет», Лайт[н]инги продолжали атаковывать группу Бондаря, последняя в бой не вступала, маневрировала по вертикали и горизонтали, стремясь не давать им вести по ним огонь и не дать штурмовать наши войска и аэродром.
   Ст. л-нт СУРНЕВ подошел ближе к группе Лайт[н]ингов, покачиванием самолета дал сигнал «Я свой самолет», после чего самолеты Лайт[н]инг по ним атаки прекратили.

 

Как видим, американцы поняли, что перед ними советские самолеты, еще до взлета капитана А. И. Колдунова. Когда капитан А. А. Бондарь поднял в воздух два звена ЯКов, часть «лайтнингов» сразу устремилась к ним. Американский лейтенант Д. Боуэрс увязался за одним из наших самолетов. Наш истребитель интенсивно маневрировал, пытаясь ускользнуть из-под атаки, и в радиоэфире вдруг раздался возглас удивленного американца: «Вижу одного в прицеле — у него на хвосте русские звезды!»

А вот как в документе отражены действия лейтенанта Г. В. Красюкова,31 который взлетел последним в паре с капитаном А. И. Колдуновым.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   Л-т Красюков, вылетев и опознав американские самолеты, в бой не вступил. Наблюдал как в районе 1 км севернее аэродрома самолет Як-9 горящим упал на землю.

Горящий ЯК, который наблюдал ведомый Колдунова, принадлежал, возможно, В. М. Шипуле. Но интересно другое: если согласно версии Б. А. Смирнова Колдунов бросил свою машину в самую гущу американских самолетов, которые открыли по нему огонь, ведомый просто обязан был последовать за ним и прикрыть его. Но Красюков этого не сделал и, как явствует из донесения, в бой не вступил. Спрашивается, почему? Не потому ли, что действия, которые приписывают Колдунову, совершил совсем другой летчик? Очень похоже на то.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   Ст. л-т Поциба после взлета набрал высоту 2000 м и пристроился к группе из 12-ти Лайт[н]инг, которые подходили к аэродрому с курсом 100 градусов. Покачиванием [крыльев] дал знать, что это свой самолет и стал указывать на свой аэродром. Самолеты Лайт[н]инг огонь не вели, развернулись и ушли с курсом 240 градусов. В это время подходили с запада еще до 60 самолетов Лайт[н]инг, которые встретились с 1-й группой, развернулись и пошли с курсом по направлению на запад.

Об этом же пишет и сербский исследователь С. Йоканович в своей работе.

Из статьи сербского историка С. Йокановича:
   Ведомый полковника Эдвинсона лейтенант Блурок успел повредить один Як. Старший лейтенант Поциба боя не принял, а проскочил американский «круг» и пристроился к самолету Эдвинсона. Летел с ним в одном строю, покачивая крылом для демонстрации опознавательных знаков ВВС КА. Эдвинсон в конечном итоге дал команду:
   – It's the Russians, let's get the hell out of here! (это русские, валим отсюда к черту!)

Вот только в донесение штаба дивизии ст. лейтенант И. С. Поцыба32 не попал. Зато неожиданно там появился капитан Колдунов. Что было тому причиной остается только гадать.

Из боевого донесения штаба 288 иад:
   Капитан КОЛДУНОВ на Н=2000 м пристроился к группе [из] 12 самолетов Лайт[н]инг, которая шла к аэродрому курсом 100-120о, покачал [крыльями], дал сигнал, что я свой. Группа самолетов Лайт[н]ингов сигнал приняла и по самолету капитана КОЛДУНОВА огня не вела, развернулась и ушла с курсом 240о в направлении на ПРИШТИНА. В районе ПРИШТИНА капитан КОЛДУНОВ заметил вторую группу до 60 самолетов типа Лайт[н]инг, преследование прекратил, развернулся и пришел на свой аэродром.

Содержание этого отрывка практически полностью совпадает с тем, что было изложено в полковом донесении, только фамилия Поцыба заменена на фамилию Колдунов. Причем действия Поцыбы выглядят более логичными — совершенно непонятно, зачем Колдунову понадобилось в одиночку преследовать уходящих американцев аж до Приштины. Зато становится ясна причина пассивности ведомого Колдунова — лейтенант Красюков прекрасно видел, что его ведущему ничего не угрожает, ибо никто по нему не стрелял. Это спустя много лет в мемуарах Б. А. Смирнова Колдунов будет лихо прорываться сквозь огонь «лайтнингов». Составленные же по горячим следам боевые донесения показывают, что американцы быстро разобрались в ситуации и повели себя вполне адекватно. Не исключено, что именно здесь кроется одна из причин того, почему Александр Иванович Колдунов не оставил своих воспоминаний — врать не хотел, а правду сказать не мог.

К 13.30 ситуация полностью нормализовалась, американские самолеты ушли на свою базу.

Из воспоминаний американского летчика Л. К. Карра:
   Мы остались без боеприпасов или почти без боеприпасов. Большой расход был при штурмовке колонны, иначе русским бы пришлось еще хуже. Сбили мы пять-семь русских ЯКов. Они были как мессера, но на нашей стороне были лучшая тактика и инициатива.

Интересное замечание — «лучшая тактика и инициатива» в уничтожении колонны дружественных войск, не ожидавших нападения! Видимо, эйфория безнаказанности и незнание общего соотношения сил не позволили сообразить этому любителю пострелять по санитарным машинам, что хуже пришлось бы отнюдь не русским. На 7 ноября 1944 г. три советских истребительных авиаполка (611-й, 866-й, и 897-й) одной только 288-й истребительной авиационной дивизии имели в строю 104 полностью боеготовых самолета с экипажами. У летчиков, потрясенных расстрелом нашей пехоты на марше, буквально руки чесались от желания поквитаться с обнаглевшими горе-союзниками за их вероломство. И хвастливое заявление американского пилота про пять-семь сбитых советских самолетов вызывает лишь усмешку — при подавляющем численном и позиционном преимуществе американцев потери сторон в скоротечной схватке оказались фактически равными. И это при том, что советские истребители всячески уклонялись от боя, ограничиваясь лишь сковывающими действиями. Как рассказывал позднее капитан Панин, наблюдавший бой с земли, «...они гоняются за нами, а мы увертываемся, и непонятно, почему на их пулеметные очереди мы должны были отвечать реверансами».

Самолет 95-й аэ на стоянке аэродрома.    Самолет «Душистый горошек» из 97-й аэ.    Строй истребителей 96-й аэ над Италией.
«Лайтнинги» из состава 82-й истребительной авиагруппы. Слева направо: самолет 95-й аэ на стоянке аэродрома; самолет «Душистый горошек» из 97-й аэ; строй истребителей 96-й аэ над Италией. Для просмотра щелкнуть по картинке.

 

Всего в воздушном бою потери советской стороны составили три ЯКа сбитыми (один из них огнем собственной зенитной артиллерии), еще один самолет был поврежден.33 При этом погибли летчики лейтенант Д. П. Кривоногих и мл. лейтенант В. М. Шипуля, лейтенант А. М. Жестовский был ранен. На аэродроме Ниш от огня американских самолетов погибло 4 человека. При ударе американцев по колонне 6 гв. стрелкового корпуса погиб (по максимальным оценкам) 31 человек, 37 человек было ранено.

Американцы потеряли сбитыми три «лайтнинга», еще два самолета были подбиты. Погибли летчики лейтенанты С. Коулсон и Ф. Бревер, ранен К. Армстронг.

Из боевого донесения штаба 17 ВА:34
   В результате оборонительных воздушных боев нашими истребителями было сбито три самолета «Лайтнинг». Один самолет упал в километре северо-западнее Ниша, самолет и летчик сгорели. Другой упал в километре северо-восточнее аэродрома, самолет сгорел, летчик погиб. Оба тела похоронены в районе аэродрома... Третий упал в восьми километрах севернее аэродрома, в горах. Самолет, по наблюдению с воздуха, сгорел полностью. Еще два самолета, подбитые в воздушном бою, с дымящимися моторами ушли на низкой высоте на юго-запад. У одного из погибших летчиков найдено удостоверение личности и карта Италии без маршрута и каких-либо заметок.

По американским данным на земле было уничтожено 3 автоцистерны, 28 грузовиков, 4 штабных автомобиля, 1 склад, 1 прицеп, 2 локомотива. Повреждено 22 грузовика, 25 железнодорожных вагонов, 1 радиостанция. Локомотивы и вагоны, естественно, были уничтожены группой Эдвинсона при налете на железнодорожную станцию. Соответствено логично полагать, что весь уничтоженный и поврежденный автотранспорт принадлежал 6 гв. стрелковому корпусу. Советские источники дают лишь очень приблизительное количество уничтоженной при штурмовке техники — около 20 автомашин.

 

Английский фельмаршал Г. Вильсон, Верховный командующий на Средиземноморском ТВД, в своей телеграмме командующему войсками 3-го Украинского фронта маршалу Ф. И. Толбухину выразил сожаление о произощедшем инциденте и принес свои извинения за случившееся. То же самое сделал и генерал А. С. Экер, командующий американской 15-й воздушной армией. 15 ноября 1944 г. содержание обеих телеграмм было доложено И. В. Сталину. А 14 декабря официальные извинения И. В. Сталину через своего посла в Москве принес президент США Ф. Д. Рузвельт.

 

До сих пор нет единого мнения, был ли нишский инцидент ошибкой, допущенной союзниками вследствие рокового стечения обстоятельств, или же с их стороны имела место хорошо подготовленная провокация. Так, маршал С. С. Бирюзов до конца своих дней не верил в искренность американских извинений и считал все случившееся 7 ноября 1944 г. умышленной враждебной акцией со стороны американских союзников. Такой же точки зрения придерживался бывший начальник штаба 37 А генерал-лейтенант А. К. Блажей.

 

Вообще удары по своим или союзным войскам (по западной терминологии «friendly fire» — «дружественный огонь») в годы войны не были чем-то из ряда вон выходящим. По американским данным потери от такого огня иногда доходили до 40% от общего числа потерь. Причины подобных происшествий заключались прежде всего в несогласованности действий штабов разных уровней. Кроме того, на качестве боевой работы сказывались сложности, возникавшие при распознавании целей, а также слабая подготовленность личного состава.

О том, что советские зенитчики открывали огонь по американским «лайтнингам», принимая их за вражеские «рамы», уже упоминалось. Помимо «лайтнингов» доставалось и нашим «лавочкиным» из-за сходства силуэта с немецкими «фоккерами».

В этом контексте показателен эпизод из летной биографии А. И. Покрышкина, который в первый же день войны допустил серьезную ошибку: будущий трижды Герой Советского Союза не знал, как выглядит новейший советский ближний бомбардировщик СУ-2, и атаковал его, приняв за вражеский. В результате командир эскадрильи капитан М. И. Гудзенко сумел посадить подбитую машину в поле, но его штурман, попавший под очередь Покрышкина, был убит наповал.35

Порою случались ЧП, невероятные по своей нелепости. Достаточно вспомнить, как 8 июня 1944 г. М. Шалль, новичок 1-го отдельного истребительного авиаполка французских летчиков-добровольцев 303-й истребительной авиадивизии (больше известен, как полк «Нормандия») в своем первом боевом вылете на ЯК-9 над станцией Рудня по ошибке атаковал и повредил точно такой же ЯК-9 гв. ст. лейтенанта В. И. Архипова из соседнего 18 гв. иап той же дивизии. Советский летчик, угодив под внезапную очередь, успел сообщить ведомому, что подбит и со снижением пошел на свой аэродром. Все могло закончиться вполне благополучно, но вошедший в раж француз сделал второй заход, лишив Архипова всяких шансов на спасение: его расстрелянный ЯК взорвался в воздухе.36

Пожалуй, одной из самых скандальных американских «навигационных ошибок» является бомбардировка Праги 14 февраля 1945 г. (хотя под понятие «дружественный огонь» данный случай не подпадает). В тот день 40 американских «летающих крепостей» B-17 из состава 389-й бомбардировочной авиагруппы намеревались нанести очередной удар по Дрездену. Полет проходил в условиях плотной облачности по радару. Группа должна была выйти на Торгау, после чего взять курс «на юго-восток до первого крупного города с рекой».37 Возможно, радар дал сбой, поскольку ведущий штурман вместо Торгау вывел группу на Фрайбург. По злой иронии судьбы штурман одного из экипажей, чех по национальности, бежавший в США после захвата Чехословакии немцами, обнаружил ошибку и пытался предупредить лидера по радио, но «его оборвали и напомнили о правиле соблюдения радиомолчания над Германией». В результате бомбежка, длившаяся не более пяти минут, унесла жизни 700 жителей Праги, 1200 человек было ранено.

 

Поэтому то, что произошло в районе Ниша 7 ноября 1944 г., вполне можно было бы считать всего лишь еще одной ошибкой из длинной череды ей подобных. Например, штаб 866 иап в своем донесении дал следующую оценку произошедшему боестолкновению.

Из боевого донесения штаба 866 иап:
   ВЫВОД. Пролетающая группа самолетов Лайт[н]инг, очевидно, ошибочно атаковала колонну наших войск в связи с потерей детальной ориентировки, приняв этот район как территорию противника.

Примерно о том же говорится в заключительной части донесения штаба 17 воздушной армии.

Из боевого донесения штаба 17 ВА:
   На основании изучения документов можно предположить, что самолеты «Лайтнинг» американских частей, базирующихся в Италии, получив задачу или имея запасную цель штурмовать дорогу Скопье – Приштина, приняли город Ниш с аэродромом за город Скопье с аэродромом. Учитывая тождественное расположение грунтовых и железных дорог района Ниш и района Скопье, такая ошибка могла быть допущена экипажами американских «Лайтнингов».

 

Здесь появляется интересная подробность — в армейском донесении упоминается Приштина! Дело в том, что Приштина в качестве запасной цели группы полковника К. Т. Эдвинсона фигурирует и в воспоминаниях Б. А. Смирнова. Однако бывший командир 288 иад истолковывает этот факт совершенно иначе, нежели его непосредственные начальники.

Из воспоминаний Б. А. Смирнова:
   Понятно, была комиссия по расследованию, мы с Колошиным38 тщательно осмотрели место падения одного из «лайтнингов». Выставили часовых. Обломки американского самолета лежали разбросанными от сильного удара на большом расстоянии. Я поднял тот предмет, который искал, – катушку с намотанной картой. Она была отпечатана на шелке и хорошо читалась. Красная черта, нанесенная на карту, обозначала маршрут полета. Он начинался от города Бари и заканчивался в нашей Полтаве, где американские самолеты получали обслуживание для обратного полета. Мы обратили внимание на то, что два югославских города, Приштина и Ниш, были отмечены на карте особо. Обычно так делается летчиками, отмечающими цель. Приштина была занята гитлеровцами, освобожденный город Ниш лежал строго по линии маршрута на северо-востоке, в восьмидесяти четырех километрах от Приштины. Колошин в прошлом был отличным штурманом. Глядя на меня, он только с удивлением развел руками...

Можно, конечно, считать приведеный отрывок воспоминаний всего лишь фантазией автора, вызванной конъюнктурой холодной войны (на это намекают некоторые оппоненты Б. А. Смирнова). Однако целый ряд нестыковок в американских источниках дает основание полагать, что в данном случае все не так однозначно, как кажется.

Вспомним, что писал 9 ноября 1944 г. в своем протестном письме генерал армии А. И. Антонов, который, являясь вторым лицом в Генеральном штабе Красной Армии, был далек от всяческих фантазий и даже не подозревал, что война может быть «холодной».

   Ясно видимые опознавательные знаки советских самолетов также исключали возможность ошибки в определении принадлежности самолетов. Действия американской авиации в районе Ниш не были согласованы с Генеральным штабом Красной Армии, что также не находит себе оправдания.
   Прошу Вас [...] произвести срочное расследование происшедшего случая, строго наказать виновников этого необъяснимого нападения на советские части...

Фактически А. И. Антонов прямо обвинил американцев в умышленном нападении. Американская же сторона с самого начала пыталась представить непосредственного виновника кровопролития полковника Эдвинсона в трагическом образе этакого американского матроса Железняка, совершившего «навигационную ошибку» (помните, как пелось в известной советской песне о гражданской войне — «он шел на Одессу, а вышел к Херсону»). Однако, назначив Эдвинсона козлом отпущения, американцы, тем не менее, старательно скрывали его имя, одновременно «понизив» в должности аж до командира эскадрильи. Мол, серьезные люди тут вообще не при делах, а виноват во всем местный дурачок-комэск.

В приводившемся ранее ответном послании генера-майора Д. Р. Дина были вкратце изложены результаты официального подробного расследования нишского инцидента, проведенные американским командованием. Попробуем внимательно перечитать этот документ. Прежде всего обращает на себя внимание такая фраза:

   Американская группа тщательно готовилась и инструктировалась относительно своей задачи перед вылетом со своих основных баз.

Смотрим на карту. В отчете американского командования указано, что группа полковника К. Т. Эдвинсона «имела задание атаковать колонны противника и железнодорожное движение в районе Съеница – Новипазар – Рашка – Митровица». На карте границы района предполагаемой штурмовки обозначены светло-коричневой линией (наименования населенных пунктов даны в более позднем написании). По достижении этого района «группа разделилась к югу от Съеница».

Карта местности.
Карта района Нови Пазар – Ниш. Для просмотра щелкнуть по картинке.

 

Согласно данным С. Йокановича, полученным им из американских источников, 97-я авиаэскадрилья по приказу полковника Эдвинсона отправилась на зачистку дорог в районе Крушевац. Вот тебе раз! Едва прибыв в назначенный район, Эдвинсон тут же треть своих сил зачем-то направляет в точку, находящуюся далеко в стороне от места выполнения боевой задачи. Или полковник не догадывался, что Крушевац расположен намного ближе к Нишу, чем к Нови Пазару? А, если учесть, что «группа тщательно готовилась и инструктировалась», то совершенно непонятно, с кем вообще американцы собирались воевать, ведь Крушевац к тому времени был занят советскими войсками! По счастью, здесь обошлось без эксцессов.

Разделив группу южнее Сьеницы, полковник К. Т. Эдвинсон силами 95-й и 96-й эскадрилий сначала нанес удар по железнодорожной станции. К сожалению, С. Йоканович в своей работе не приводит название станции, это многое могло бы прояснить. Вероятно, удар был нанесен по Рашке либо Митровице. В любом случае при этом нужно было очень постараться, чтобы двумя эскадрильями пролететь мимо Нови Пазара, не заметив его. Но американскую сторону подобные мелочи, видимо, не смущают. Читаем дальше:

   Однако командир допустил навигационную ошибку, и это вместе с удивительным сходством между очертаниями на карте означенног объекта и в действительности атакованным заставило командира эскадрильи поверить, что он атакует линии коммуникаций в указанном ему районе. Все другие американские летчики этой группы самолетов были также уверены в том, что они атаковали нужный объект, пока не была проявлена кинопленка автоматического киноаппарата, которая точно показала, что ошибочно была атакована другая дорога. Обе дороги находятся друг от друга приблизительно на расстоянии 88 километров или около 10 минут полета.

А вот что сообщалось в отчете Объединенного комитета начальников штабов союзных войск в Казерте, составленном 25 ноября:

   Полковник Эдвинсон встретил крупный населенный пункт, который он принял за Нови Пазар... После проявления пленок фотокинопулемета, видно, что обстрелу подверглось другая дорога – на удалении 72 км от цели, что соответствует 10 минутам полета

Что ж, предположим, что Эдвинсон, уводя группу от огня немецкой ПВО на бреющем, в суматохе выбрал неверный курс. Однако и в этом случае он просто обязан был сообразить, что от Сьеницы (Рашки, Митровицы) до Нови Пазара лететь максимум две-три минуты, но никоим образом не десять, как до Ниша!

Но изюминка в другом. Через Ниш еще в конце XIX века была проложена главная железнодорожная магистраль страны София – Ниш – Белград. А теперь взгляните на фрагмент карты железных дорог Югославии по состоянию на 1980 г. Невероятно, но факт: Нови Пазар даже через тридцать пять лет после окончания войны не имел железнодорожного сообщения, что уж говорить про 1944 г. К этому остается лишь добавить, что любая железная дорога сама по себе является для летчика прекрасным ориентиром. Поэтому спутать железнодорожный узел Ниш, от которого еще в первую мировую войну отходили железнодорожные пути в четырех направлениях, с Нови Пазаром, расположенным вообще в стороне от железных дорог, и при этом с упертостью второгодника бормотать что-то о схожести объектов — в просторечии подобная ненаучная фантастика именуется враньем. Это становится особенно очевидным, если вспомнить, что до осени 1944 г. американцы шестнадцать раз с завидной точностью наносили по Нишу бомбовые удары, совершенно не замечая его «удивительного сходства» с Нови Пазаром.

Карта железных дорог Югославии, 1980 г.
Фрагмент карты железных дорог Югославии, 1980 г. Выделены города Нови Пазар и Ниш.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

 

Странности с ориентированием на этом не заканчиваются. 97-я эскадрилья, выполнив поставленную Эдвинсоном задачу, около 13.10 (время московское) вновь соединилась с 95-й и 96-й эскадрильями, причем это произошло в районе Ниша. Получается, летчики 97-й эскадрильи совершенно точно знали, где будет находиться основная группа. Или они тоже прилетели в район Ниша по ошибке?

Поэтому становится совсем нелишним рассмотреть другую, ужасно неудобную для американской стороны версию: полковник Эдвинсон ошибки не совершал! И ведь что удивительно: если сделать такое допущение, многие непонятные моменты вдруг становятся вполне объяснимыми.

Например, рассказ командира 288 иад Б. А. Смирнова о найденной им возле сбитого «лайтнинга» полетной карте, где в качестве целей были обозначены Ниш и Приштина, уже не кажется чем-то невероятным, а выглядит вполне логично. А затем и другие разрозненные фрагменты вдруг начинают складываться в цельную, но очень неприглядную картину.

 

Официальное отношение к инциденту американской стороны еще 9 ноября 1944 г. озвучил генерал Д. Р. Дин в своей беседе с генералом армии А. И. Антоновым.

   Что касается этого случая, то ему нет оправдания. Либо летчик потерял ориентировку, либо он был глуп.

Очень удобная и абсолютно неуязвимая позиция — какой спрос с дурака! Позднее Дин был более сдержан в оценках, и в его ответном послании Антонову речь уже шла только об ошибке (видимо, кто-то подсказал, что не бывает дураков с четырьмя тысячами часов налета и почти тремя десятками боевых вылетов — они столько не живут). А в отчете, составленном 25 ноября, американское командование указывает исключительно на ошибку: мол, полковнику Эдвинсону было приказано действовать в районе Нови Пазар, но он заблудился и нанес удар возле Ниша. В общем, отбрехались, как могли. Вернее, думали, что отбрехались, потому что все испортил своей несдержанностью неугомонный и не в меру словоохотливый американский летчик Л. К. Карр, непосредственно участвовавший в расстреле советской автоколонны. Он категорически заявил буквально следующее:

   Мы не ошиблись, мы нанесли удар по цели.

Вот так — ни больше, ни меньше. После столь интересного заявления уже не кажется удивительным, почему и «другие американские летчики этой группы самолетов были также уверены в том, что они атаковали нужный объект». И тогда ссылки американского командования на выявленную после расшифровки аэрофотоснимков «ошибку» сразу теряют всякий смысл, поскольку получается, что фотопулеметы «лайтнингов» бесстрастно зафиксировали не ошибку, а точный заход на цель.

Кроме того, злые языки утверждают, что и командующий американской 15-й воздушной армией генерал А. С. Экер, хотя и принес официальные извинения советскому командованию, тем не менее так и не признал действия своего подчиненного ошибочными.

Интересно, если ошибка, повлекшая столь серьезные последствия, все же имела место, какое наказание за нее понес полковник Эдвинсон? По словам генерала Дина командир, который «который вел эскадрилью, был смещен со своей должности».

На самом же деле до 22 ноября Эдвинсон, как ни в чем ни бывало, продолжал командовать 82-й истребительной авиагруппой, после чего его отозвали в США. На карьере Эдвинсона нишский эпизод совершенно никак не отразился. После короткого разбирательства (если таковое вообще имело место) уже в январе 1945 г. он получил непыльную должность сначала заместителя, а вскоре и командира авиабазы Блютентал-Филд в Северной Каролине. А в мае 1946 г. вновь оказался в Европе, на этот раз в Германии, где возглавил 366-ю истребительную авиагруппу на авиабазе Фритцлар. Затем был еще целый ряд командных должностей. Очень показателен факт, который напрочь отметает любые измышления по поводу умственных способностей и профессиональных навыков К. Т. Эдвинсона — в 1948 г. во время советской воздушной блокады Западного Берлина его 86-я истребительная авиагруппа в Бад-Кисингене была единственным боеспособным соединением истребителей ВВС США в Европе. Именно на Эдвинсона возлагались серьезные надежды в случае углубления кризиса. В декабре 1953 г. ему было присвоено звание бригадного генерала. В этом звании он и вышел в отставку в 1961 г.

Бригадный генерал Т. К. Эдвинсон, 1957 г.
Бригадный генерал Т. К. Эдвинсон на реактивном истребителе F-84 «Тандерджет», 1957 г.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

 

В общем, наказание, которому подвергся «бестолковый» Эдвинсон, было больше похоже на поощрение за точное выполнение приказа. Особенно, если учесть, что извиняться за «глупую случайность», какой ее настойчиво пытается представить американская сторона, пришлось не какому-то безликому «командиру эскадрильи», а президенту США Ф. Д. Рузвельту.

 

Наличие всех этих странностей наводит на мысль, что пресловутая навигационная ошибка, которую так удобно объяснять слабоумием полковника К. Т. Эдвинсона, на самом деле была тщательно спланирована. Ведь, если предположить, что имела место хорошо продуманная оперативная комбинация, проведенная разведкой, то все произошедшее наполняется новым смыслом. Тогда уже не кажется странным, что во многих западных публикациях вина за трагедию возлагается на советское командование. Да, именно так — с больной головы на здоровую: русские якобы не предупредили союзников о «прорыве, который был осуществлен днем ранее на глубину 100 км». Вот и летчик Карр ужасно возмущался действиями Красной Армии, которая «совершила большой прорыв фронта и не оповестила об этом американцев».

В действительности Алексинац и Ниш были заняты советскими войсками еще в середине октября, о чем говорилось в сообщении Совинформбюро. И то, что об этом не были поставлены в известность американские летчики, вина отнюдь не советской стороны. Не здесь ли кроется разгадка? Что, если некой могущественной структуре было очень нужно, чтобы летчики 82-й истребительной авиагруппы полковника Эдвинсона не имели сведений о действительной дислокации советских войск. При этом Эдвинсон мог вообще ни о чем не догадываться, и его использовали, что называется, втемную. Это не так сложно, как может показаться. Командир группы из 60 истребителей — невелика должность, по советским меркам и до командира дивизии не дотягивает. К тому же в своей повседневной деятельности командир американской авиагруппы руководствуется не сообщениями Совинформбюро, а приказами своего командования, которые он обязан выполнять и при этом держать язык за зубами. Если имела место спланированная акция, то и приказ соответствующий был — штурмовать немецкие войска. Вот только фигурировал в приказе не Нови Пазар, а Ниш. Потому и послал полковник одну эскадрилью от Сьеницы на Крушевац (фактически в район Ниша), а ударную группу вывел точно к селу Чамурлия, расположенному всего лишь в 6 км северо-западнее Ниша. Не исключено, что ориентиром как раз служила нитка железной дороги. Но в американских отчетах про железную дорогу почему-то ни гу-гу. Зато в донесении штаба 866 иап отмечено, что «лайтнинги» подходили курсом 100, то есть почти строго с запада. Однако, следуя таким курсом, Эдвинсону, прежде, чем достичь участка шоссе Ниш – Алексинац, неминуемо пришлось бы пересечь железную дорогу Ниш – Белград, по-другому просто никак! Поэтому не было никакой навигационной ошибки! Полковник Эдвинсон вывел группу точно в заданный район и, обнаружив на шоссе интенсивное движение, без малейших колебаний ударил со всей дури по автоколонне, на беду оказавшейся советской. Объективно командиру группы даже предъявить нечего, ведь он стараниями американской разведки был твердо уверен, что других войск, кроме немецких, здесь быть в принципе не должно!

Как видим, версия о спровоцированной ошибке вполне убедительна. Вот только зачем это было нужно американцам? Думается, причины были. По свидетельству американского историка М. Столера, именно в это время в Объединенном комитете начальников штабов (ОКНШ) США все отчетливее высказывались мнения о том, что Советский Союз в качестве союзника нужен лишь на время войны, после чего он перейдет в разряд враждебных государств. Эти взгляды разделяли и некоторые представители американской разведки. В их планах на послевоенный период СССР также отводилась роль главного противника. Здесь уместно добавить, что и генерал Д. Р. Дин объяснял своему правительству, как правильно обращаться с русскими: «мы должны быть более жесткими, если собираемся заслужить их уважение и работать с ними в будущем».

В этом контексте интересны некоторые подробности его беседы с генералом армии А. И. Антоновым, стенограмма которой была опубликована военным историком Ю. В. Рубцовым.39 Эта беседа состоялась в Москве 9 ноября 1944 г. после вручения генералу Д. Р. Дину письма с протестом по поводу нападения американской авиации на советские войска. Дин без сразу же бесцеремонно попытался возложить вину за инцидент на советскую сторону.

   ...от имени своего правительства я очень сожалею обо всем, что случилось.
   Одновременно я хочу обратить внимание на недостаточность координации. Мы уже проявляли инициативу в координировании действий. Если бы были предприняты необходимые меры, то можно было бы избежать подобных случаев. Это удалось бы сделать в том случае, если бы имелись представители при частях, действующих в соприкосновении, т. е. наши офицеры связи в ваших фронтовых штабах и ваши у нас в штабе Средиземноморского командования.
   В связи с затруднениями в деле связи очень трудно проводить координацию на такие большие расстояния из Москвы.

Сложность координации из-за больших расстояний — это, конечно, сильно. Почему-то у Ставки ВГК неплохо получалось координировать из Москвы действия множества фронтов. А вот у американцев с этим внезапно возникли проблемы, не позволившие им увязать действия всего лишь трех эскадрилий. Видимо, из-за большого удаления от Москвы даже к 7 ноября не удалось проинформировать командира группы, что Алексинац, Ниш, Крагуевац, Крушевац и ряд других сербских населенных пунктов были освобождены советскими войсками еще в период 14-16 октября. Но Дин уверяет Антонова, что русские союзники сами виноваты. Вот если бы в вашем штабе сидел наш человечек...

Вот вам и серьезная причина для провокации: под предлогом улучшения взаимодействия заставить советскую сторону разместить в своих штабах американских соглядатаев, а то что-то слишком резво Красная Армия начала освобождать Европу. К тому же, «случайно» ударив по союзнику, в качестве бонуса можно узнать множество полезных мелочей, которые всегда так интересуют разведку: время реакции средств ПВО, как быстро и сколько самолетов сможет подняться в воздух, какие тактические приемы будут использовать советские летчики и как далеко зайдут, отражая нападение — да мало ли интересного у союзника, который не сегодня-завтра станет врагом!

О серьезности названной причины говорит и то, что 14 декабря 1944 г. посол США в СССР У. А. Гарриман, принося извинения от имени президента Ф. Д. Рузвельта, произнес следующее.

Из речи посла США У. А. Гарримана на приеме в Кремле 14 декабря 1944 года:
   Хотел бы выразить сожаление президента и генерала Маршалла по поводу несчастного случая, происшедшего на Балканах. Имеется в виду налет американских самолетов на колонну советских войск. В целях избежания подобных инцидентов в будущем командующий авиацией союзников в Средиземном море генерал Эйкер хотел бы направить в штаб передовых советских войск на Балканах группу офицеров связи для координирования действий советских войск и союзных военно-воздушных сил.

 

Ох, как хотелось союзникам покоординировать в советских штабах! Однако И. В. Сталин не торопился потакать американским капризам. Генерал армии Антонов отверг это предложение еще во время беседы с генералом Дином, поскольку сразу понял, куда тот клонит. Более того, Антонов решительно пресек всяческие попытки Дина добиться корректировки существующих договоренностей, заявив без обиняков, что вопросы координации и выработки нового порядка не имеют ничего общего с вопросами выполнения требований порядка существующего:

   Затронутый вопрос о способе координации действий ВВС является другим вопросом. Если тот порядок, который установлен, нас не удовлетворяет, то можно избрать другой порядок, но сейчас речь идет о том, что нарушен существующий между нами порядок и в результате нарушения существующего порядка и получился этот тяжелый случай.[...]
   До сих пор мы всегда увязывали действия. Если американская авиация предполагала действовать, то нас заранее предупреждали о районах предполагаемых операций. Сейчас же какая-то группа произвела этот полет без согласования с нами. Причем этот полет был произведен непосредственно в зону действий наших войск. Поэтому прошу придерживаться того порядка, который был установлен между нами о порядке действий в зонах, в которых идут боевые действия наших войск.[...]
   До последнего дня у нас никаких недоразумений не было.

Согласно существующим договоренностям, американское командование было обязано предупредить Генштаб Красной Армии о запланированной операции группы Эдвинсона, однако этого не сделало. И списывать это умышленное нарушение на случайную ошибку, совершенную по глупости, мягко говоря, несерьезно. Собственно, на это Антонов и указал Дину. Но Дин, не обращая никакого внимания на совершенно разумные доводы советского генерала, продолжал гнуть свое:

   Я считаю, что существующая система координации неудовлетворительна, и то, что мы до сих пор избегали этих печальных случаев, было только случайностью.

Дин, настаивая на изменении действующей системы взаимодействия, вольно или невольно обнажил сущность главного принципа американской политики, которому США следуют до сих пор: игра должна вестись только по американским правилам. В данном случае позиция американской стороны выглядит так: да, мы взяли на себя определенные обязательства и какое-то время их выполняли. Но теперь они нас не устраивают, поэтому мы их «случайно» нарушили и для лучшего усвоения урока «по ошибке» расстреляли вашу автоколонну. А что вы хотели, ведь вас предупреждали, что существующая система координации несовершенна! И мы оказались правы. Мы всегда правы, если вы не в курсе. Поэтому давайте сделаем все правильно, то есть по-нашему, и разместим американских надзирателей в ваших штабах.

Вот только на Сталина, знавшего истинную цену союзникам, подобные приемы не действовали. Верховный главнокомандующий вполне мог допускать отнюдь не случайный характер нишского боестолкновения, поэтому отверг американскую инициативу. Но и ссориться с союзниками Сталин тоже не собирался. Поставки по ленд-лизу лились рекой, недавно был наконец открыт второй фронт. На этом фоне гибель одного советского генерала от огня американских самолетов была явлением столь малозначащим, что и говорить об этом не стоило. Что касается нескольких десятков убитых солдат — да кто их у нас вообще когда-либо считал, мы и спустя семьдесят лет со своими павшими разобраться не можем. Огласка инцидента была на руку только немцам, поэтому, чтобы не делать им такого роскошного подарка, скандал решено было замять. Американское командование изобразило проведение тщательного расследования, советское сделало вид, что в это поверило. Вопрос же о том, было ли нападение американских самолетов тщательно спланировано или действительно стало результатом ошибки, не имеет однозначного ответа по сию пору.

Тем временем союзники пытались найти приемлемый для всех способ взаимодействия. В конце концов совместными усилиями была определена и 26 ноября 1944 г. одобрена новая временная граница для действий союзной авиации перед советско-германским фронтом на всем его протяжении. На южном фланге разграничение шло от Сараева на юг, через Призрен – Прилеп до южной границы Югославии и далее на восток по северной границе Греции до Черного моря. В дальнейшем по мере изменения линии фронта менялась и эта граница. На заключительном этапе войны подобное согласование союзниками рубежей бомбометания стало обычной практикой.

А заключенное 6 февраля 1945 г. между начальниками штабов СССР, Великобритании и США соглашение не только устанавливало четкие разграничительные линии для воздушных операций союзников, но и предусматривало взаимодействие на уровне авиационных соединений трех стран. Еще через месяц была достигнута договоренность о совместных действиях по воздушному прикрытию наступающих союзных войск. Однако подобная идиллия продолжалась недолго и вскоре разразилась новым скандальным происшествием. 18 марта 1945 г. в районе г. Кюстрин американские истребители совершили еще одну «навигационную ошибку». Впрочем, судите сами.

 

 

№ 005 19 марта 1945 г.
Главе военной миссии США в СССР
Господину генерал-майору Джон Р. Дину

 

Уважаемый генерал Дин!

 

Настоящим довожу до Вашего сведения, что:

1. 18 марта 1945 года в период времени с 13 часов 15 минут до 13 часов 30 минут над расположением советских войск на восточном берегу реки Одер, севернее города Кюстрин, прошли курсом на север восемь групп американских бомбардировщиков типа «Летающая крепость» в сопровождении истребителей «Мустанг». Американские самолеты преследовались немецкими истребителями Ме-109 и ФВ-190.

Когда группа американских самолетов подошла к Морин (35 км северо-западнее Кюстрин), в это время над районом Морин находились в воздухе 6 советских истребителей Як-3. Советские летчики, заметив немецкие истребители, преследовавшие американцев, атаковали немцев, но сами в свою очередь были атакованы американскими истребителями.

Советские летчики, ясно различая американские самолеты, уклонились от воздушного боя с ними, но, несмотря на это, американские истребители продолжали преследовать советские самолеты.

В результате атаки американских истребителей шесть советских самолетов были сбиты, причем два советских летчика погибли и один получил тяжелое ранение.

Этот случай является уже вторым случаем нападения американских истребителей на советские самолеты над территорией, занятой советскими войсками.

2. Этот из ряда вон выходящий случай произошел в условиях, когда по обоюдному соглашению между советским, британским и американским штабами авиации была установлена разграничительная зона для боевых действий союзной авиации, проходящая на этом участке по линии Пазевальк, Берлин, т. е. в 50 км к западу от района происшествия; причем никаких извещений о предполагаемом пролете здесь американскими самолетами линии советского фронта сделано не было.

Указанный случай вызывает справедливое возмущение советских войск, особенно тех, которые были свидетелями этого исключительного происшествия.

Об изложенном прошу довести до сведения начальников Объединенных штабов и просить их произвести срочное расследование происшедшего случая, наказать виновников нападения на советские самолеты и потребовать от союзных военно-воздушных сил впредь строго выполнять соглашение об ограничительной зоне.

О принятых мерах прошу меня уведомить.

 

Уважающий Вас генерал армии Антонов,
Начальник Генерального штаба Красной Армии
Верно. Н. Славин

 

 

Ну что за напасть! Союзники снова «забыли» предупредить советское командование, после чего слегка заплутали и  — вот ведь невезение! — «нечаянно» сбили шесть советских ЯКов. Интересно, как генерал Дин изворачивался на этот раз?

 

Говорят, история повторяется: один раз в виде трагедии, другой раз — в виде фарса. Но иногда это правило не срабатывает, и тогда история оборачивается еще большей трагедией.

24 марта 1999 г. началась военная интервенция стран НАТО против Союзной республики Югославии. 78 дней продолжалась воздушная операция, словно в насмешку названная «Милосердные ангелы». В ходе этой «милосердной» бойни, развязанной натовской сволочью, погибло 1002 югославских военных и полицейских и около 2500 гражданских лиц, в том числе 89 детей, более 10 тыс. человек было ранено. Авиация НАТО нанесла 2300 воздушных ударов по 995 объектам, при этом 1150 боевых самолетов выпустили 1300 ракет, сбросили 36 тыс. кассетных бомб и 15 тонн боеприпасов с радиоактивными примесями. Ракетно-бомбовым ударам подверглись не только военные цели, но и колонны беженцев на территории Косова и Метохии, поезд в Грделичском ущелье, мост в Варварине, посольство Китая в Белграде и др. В больнице в Белграде от бомб погибло около десятка пациентов, а в здании телерадиокомпании Сербии — 16 сотрудников.

Не избежали печальной участи и жители Ниша. 7 мая 1999 г. в 11.20 были сброшены кассетные бомбы на центр города недалеко от центрального рынка, вблизи здания университета, а также возле городского Клинического центра. 12 мирных жителей были убиты сразу, еще трое чуть позже скончались в больнице. Несколько десятков человек получили ранения.

Памятник жертвам американской бомбардировки 7 мая 1999 г. в Нише.
Памятник жертвам американской бомбардировки 7 мая 1999 г. в Нише.
Для просмотра щелкнуть по картинке.

Тогдашний главарь банды «милосердных ангелов», он же Генеральный секретарь НАТО Х. Солана, тотчас поспешил заявить: «Нашей целью был аэродром. Мы искренне сожалеем о жертвах среди мирного населения. У альянса не было намерений покушаться на их жизни, и он предпримет все меры предосторожности, чтобы избежать подобных инцидентов».

Чувствуете знакомый запашок? Это смердит очередная «навигационная ошибка» — привычная пища звездно-полосатых стервятников. Блюдо приготовлено по старому нишскому рецепту, с дымком и кровью. А чтобы отбить стойкий трупный запах, западные кулинары во главе с американским шеф-поваром обильно приправили людоедскую стряпню болтовней о свободе, гуманизме, общечеловеческих ценностях и прочими специями. Вдыхаешь этот смрадный аромат демократической кухни, глядишь на памятники убитым «по ошибке» советским воинам и жителям города и начинаешь понимать: в далеком 1944-м в Нише ошиблись вовсе не американцы. Ошиблись русские, свято верившие, что американцы их союзники. Еще более трагическую ошибку совершили в 1999-м сербы, когда наивно ожидали человеческих поступков от бесчеловечной американской нежити.

А когда нежить безнаказано убивает людей, уже не имеет значения, с умыслом она это делает или нет.

 

 

 

Примечания к тексту:
  •      1 Более подробно с биографией Г. П. Котова можно ознакомиться на официальном сайте МО РФ.
  •      2 Списки можно посмотреть здесь.
  •      3 Скан документа можно посмотреть здесь
  •      4 Письмо А. И. Антонова цитируется по статье Ю. В. Рубцова «Удар американской авиации по советским войскам» («ВИЖ» № 6-1996).
  •      5 Так в тексте. Правильно – председателя Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ).
  •      6 Вероятно, имеется в виду хорватский г. Джурджевац.
  •      7 Письмо Д. Р. Дина цитируется по статье Ю. В. Рубцова «Удар американской авиации по советским войскам» («ВИЖ» № 6-1996).
  •      8 Здесь и далее правильно – председателя Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ).
  •      9 ЦАМО РФ, ф. 866 иап, оп. 223502, д. 3. Скан документа отсутствует.
  •    10 Здесь и далее в документе время московское.
  •    11 По американской версии пилот был спасен партизанами.
  •    12 Здесь и далее воспоминания Л. К. Карра цитируются по статье С. Йокановича «Бой с «рамами» 7 ноября 1944 года» («Авиация и Космонавтика» № 11-2013).
  •    13 Генерал-полковник авиации В. А. Судец, командующий 17-й воздушной армией
  •    14 Лейтенант Кривоногих Дмитрий Петрович, летчик 866 иап. Род. в 1922 г. в д. Верхнесосна Дросковского р-на Орловской обл. Погиб в воздушном бою 7.11.1944 г. Похоронен на кладбище погибших партизан в сербском г. Ниш.
  •    15 Мл. лейтенант Шипуля Виктор Митрофанович, летчик 866 иап. Род. в 1922 г. в с. Сельцы Лепельского р-на Витебской обл. Погиб в воздушном бою 7.11.1944 г. Похоронен на кладбище погибших партизан в сербском г. Ниш.
  •    16 Американцы категорически отрицают потерю «лайтнинга», который подбил лейтенант Д. П. Кривоногих, утверждая, что летчик К. Армстронг кое-как сумел дотянуть до своей базы на одном моторе.
  •    17 Так в тексте. Правильно – Шипуля.
  •    18 Ст. лейтенант Сурнев Николай Григорьевич, командир звена 866 иап. Род. 4.3.1923 г. в с. Большое Городище ныне Курской обл. В 1942 г. окончил Чугуевскую военную авиашколу, на фронте с августа 1943 г. Совершил 200 боевых вылетов, в 60 воздушных боях лично сбил 20 самолетов противника. Указом ПВС СССР от 18.8.1945 г. присвоено звание Героя Советского Союза. После войны продолжал службу в ВВС. Погиб 5.3.1952 г. при выполнении тренировочного полета на истребителе МиГ-15.
  •    19 Ст. лейтенант Железнов Николай Николаевич, командир звена 866 иап. Совершил 219 боевых вылетов, в 52 воздушных боях сбил 7 самолетов противника.
  •    20 Она отсутствует и в базе данных сайта «Память народа». На сентябрь 1945 г. там значится лишь один человек с такой фамилией – замполит полка майор Степанов Иван Павлович.
  •    21 Возможно, так оно и было, но лишь до июня 1944 г., затем С. Г. Шамонов стал командиром звена. Во всяком случае в феврале 1945 г. Колдунов летал в паре с мл. лейтенантом П. П. Ващенко.
  •    22 См. «ВИЖ» № 1-1994, с. 10-11.
  •    23 См. «Бомбы от союзников», «Известия», 09.02.2009.
  •    24 Мл. лейтенант Сердюк Михаил Лукич, летчик 866 иап. Род. в 1923 г. в с. Чутово Чутовского р-на Полтавской области. Не вернулся с боевого задания 11.12.1944 г. из р-на Морцали (Венгрия). Место гибели неизвестно.
  •    25 Лейтенант Жестовский Анатолий Максимович, ст. летчик 866 иап. Род. в 1922 г. На фронте с 13.2.1944 г. На март 1945 г. произвел 86 боевых вылетов, участвовал в 5 групповых воздушных боях.
  •    26 Капитан Бондарь Александр Алексеевич, командир эскадрильи 866 иап. Род. 2.9.1922 г. в ст. Змейская (сев. Осетия). В 1942 г. по окончании Краснодарской военной авиашколы был направлен в действующую армию. Совершил 328 боевых вылетов, провел 70 воздушных боев, лично сбил 18 вражеских самолетов. Удостоен звания Героя Советского Союза (Указ ПВС СССР от 19.08.1944 г.). С 1958 г. уволился в запас в звании полковника. Жил в Армавире, работал машинистом тепловоза. Умер 14.5.1992 г.
  •    27 Лишь командир 866 иап майор Степан Никифорович Кузин получил повышение – 29.11.1944 г. он был назначен заместителем командира 295 иад. Однако неизвестно, явилось ли это следствием событий 7 ноября.
  •    28 См. скан оперсводки № 311 штаба 17 ВА на 23.00 7.11.1944 г.
  •    29 См. скан боевого донесения штаба 288 иад о налете американской авиации на советские войска 7.11.1944 г.
  •    30 Так в документе.
  •    31 Лейтенант Красюков Георгий Владимирович, ст. летчик 866 иап. Род. в 1922 г. На фронте с 7.5.1944 г. Произвел 88 боевых вылетов, в 11 воздушных боях сбил 1 самолет противника.
  •    32 Ст. лейтенант Поцыба Иван Сергеевич, командир звена 866 иап. Род. в 1922 г. На фронте с 1.6.1943 г. На март 1945 г. совершил 170 боевых вылетов, провел 41 воздушный бой, лично сбил 6 самолетов противника.
  •    33 Эти даные подтверждаются журналом боевых действий 288 иад. Если на 7.11.1944 г. в строю имелось 104 боеготовых ЯКа, то на следующий день их число сократилось до 100 боеготовых машин.
  •    34 Здесь и далее цитируется по изданию: Медведь А. Н. Истребитель-«молния» Р-38 «Лайтнинг». Победы американских асов.
  •    35 Командиром звена атакованных А. И. Покрышкиным СУ-2 был будущий маршал авиации, легендарный И. И. Пстыго. Сбив командира эскадрильи Гудзенко, Покрышкин атаковал самолет Пстыго, но вовремя разглядел звезды. В 1956 г. оба учились в одной группе Академии Генштаба. Как-то Пстыго поведал Покрышкину эту историю. Покрышкин очень расстроился и, попросив повторить рассказ, с горечью признался, что это он был виновником того трагического случая.
  •    36 Решено было М. Шалля под трибунал не отдавать. Сам он чрезвычайно тяжело переживал ошибку. Пытаясь загладить вину, не щадил себя в боях. К концу марта 1945 г. на его счету было 10 сбитых немецких самолетов, но сам себя он так и не простил. Иногда друзьям казалось, что он специально ищет смерти. Он не вернулся с боевого задания 27 марта 1945 г. По одной из версий семерка французских ЯКов под командованием Р. Соважа напоролась на 50 немецких самолетов. Командир приказал уходить. Морис Шалль не подчинился приказу и в одиночку ушел навстречу вражескому строю. Больше его никто не видел, место его гибели неизвестно.
  •    37 Цитируется по изданию: Ирвинг Д. Разрушение Дрездена. Самая крупномасштабная бомбардировка Второй мировой войны.
  •    38 Подполковник Б. П. Колошин, начальник штаба 288 иад.
  •    39 Цитируется по статье Ю. В. Рубцова «Удар американской авиации по советским войскам» («ВИЖ» № 6-1996).

 

 

Использованные источники:
  • Блажей А. К. В армейском штабе. – М.: Воениздат, 1967. с. 255.
  • Борисов А. В Сербии открыли памятник советским воинам. – Российская газета, 09.05.2015.
  • Дин Дж. Р. Странный союз. Пер. с нем. И. Кадетова. – М.: ОЛМА-ПРЕСС Звездный мир, 2005.
  • Иванов С. В. Р-38 «Lightning». Фотоархив. – «Война в воздухе». Периодическое научно-популярное издание для членов военно-исторических клубов. № 103, 2004.
  • Ирвинг Д. Разрушение Дрездена. Самая крупномасштабная бомбардировка Второй мировой войны. 1944-1945 гг. Пер. с англ. Л. A. Игоревского. – М.: Центрполиграф, 2005
  • Йоканович С. Бой с «рамами» 7 ноября 1944 года. – «Авиация и Космонавтика» № 11, 2013.
  • Котов Г. Г. Бомбы от союзников. – Известия, 09.02.2009.
  • Материалы сайта «Память народа». Донесение о безвозвратных потерях 6 гв. ск № 047484 от 20.12.44.
  • Материалы сайта «Память народа». Наградной лист на мл. л-та Э. Г. Котова.
  • Материалы сайта «Память народа». Спискок личного состав 6 гв. ск, погибшего 07.11.44.
  • Медведь А. Н. Истребитель-«молния» Р-38 «Лайтнинг». Победы американских асов. Серия: Война и мы. – М.: Эксмо, Яуза, 2014.
  • Рубцов Ю. В. Генеральская правда 1941-1945. Серия «Военные тайны ХХ века». – М.: Вече, 2005.
  • Рубцов Ю. В. Удар американской авиации по советским войскам. – «Военно-исторический журнал» № 6, 1996.
  • Русский архив. Великая Отечественная. Т. 15 (4-5). Битва за Берлин (Красная Армия в поверженной Германии). – М.: Терра, 1995.
  • Смирнов Б. А. Небо моей молодости. – М.: Воениздат, 1990.
  • Список генералов, адмиралов, корпусных и дивизионных комиссаров Советской Армии и Военно-Морского Флота, погибших, умерших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны. — «Военно-исторический журнал» № 1, 1994, с. 10-11.
  • Шмелёв Н. А. С малых высот. – М.: Воениздат, 1966.
  • Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. – М.: Воениздат, 1989. с. 401
  • Barrett Tillman. Forgotten Fifteenth: The Daring Airmen Who Crippled Hitler's War Machine – Washington, DC : Regnery History, 2014.
Яндекс.Метрика
Последнее обновление 03.10.2015.